ЧТОБЫ ЗНАЛИ, ЧТОБЫ ПОМНИЛИ…

Гороскоп


ФИЛЬМ ВЫХОДНОГО ДНЯ


Вход



Юмор

Один богатый человек за сто фунтов купил картину у английского художника Уильяма Тёрнера. Позже он узнал, что эту картину художник рисовал всего два часа. Богач рассердился и подал на Тёрнера в суд за обман. Судья спросил художника:
– Скажите, сколько времени вы работали над этой картиной?
– Всю жизнь и ещё два часа, – ответил Тёрнер.
* * *
- Официант, всем шампанского за мой счёт!
- Марк Абрамович, но вы здесь один.


Читать еще :) ...

ЧТОБЫ ЗНАЛИ, ЧТОБЫ ПОМНИЛИ…

Автор: 


Мужчина не имеет права умирать в постели –
либо в бою, либо пуля  в лоб.

Э. Хемингуэй


НЕПРЕДСКАЗУЕМОЕ  ПРОШЛОЕ

Мы все, кто учился в советской школе, прекрасно помним имя Якова Блюмкина – эсера-террориста, убившего немецкого посла фон Мирбаха с целью сорвать недавно заключенный Брестский мир, прекративший войну с Германией. И все… Больше ни слова… Какова его дальнейшая судьба?.. Это совкам не обязательно знать. Хватит и того, что он убийца-террорист. И точка…



Но этот человек был в те годы еще и сотрудником ЧК, его три раза приговаривали к смертной казни, он прожил бурную, полную авантюрных приключений, жизнь. Был другом выдающихся поэтов и писателей 20-х годов прошлого века. Его обожали красивейшие женщины Москвы, и он, в итоге, стал жертвой предательства одной из них. Так кто же он, по-настоящему Симха-Янкев Гершевич Блюмкин?
Это был человек сплошных контрастов: мастер терроризма и писал лирические стихи, дружил с Маяковским и Есениным и легко подписывал смертные приговоры, убивал людей; былсупершпионом и создателем широкой советской резидентуры, окутавшей паутиной страны Ближнего и Дальнего Востока; соратник и последователь Льва Троцкого и друг Николая Рериха; активный деятель иранской компартии и первый советский представитель в Тибете, занимался поисками таинственной Шамбалы в труднодоступных Гималаях. Жизнелюб, могучий и широкоплечий, губастый, с густой черной (рыжей – цвет ее он менял многократно) бородой, напоминавший древнееврейского воина. По воспоминаниям разных людей, он был многолик и неповторим. И часто необычайно везуч…
Многие факты его биографии по сей день не уточнены и сохраняют разночтение. Даже дата и место рождения называются разные: в одних источниках – 1898 год в селе Сосница Черниговской губернии, в других – 1900 год, Одесса, Молдаванка. Некоторые источники даже называют местом рождения Лемберг (Львов).

Его семья была типичной для того времени религиозной, еврейской, соблюдающей все каноны иудейской религии. Отец был приказчиком в лавке. Яков  в детстве посещал хедер, изучал Тору и Талмуд, работал посыльным в различных лавках Одессы, учился в электротехнической мастерской, а затем в Одесском техническом училище. Уже в юности у него появился живой интерес к революционной борьбе, он посещал эсеровские (социалисты-революционеры) кружки, был близок с местными анархистами. Его привлекает чувство свободы, почти вседозволенности. В октябре 1917 года примыкает к отряду матросов-анархистов и участвует в экспроприации ценностей одесских банков. Тут он впервые знакомится с драгоценными камнями и начинает познавать их ценность.

Эсеровское руководство направляет его в этом же году в Харьков, где он участвует в укреплении и развитии эсеровского движения в этом регионе. ЦК партии эсеров командирует его, как партийного функционера, в Симбирск, на родину Ленина, где он создает эсеровскую организацию и избирается членом Симбирского губернского совета крестьянских депутатов, хотя к крестьянам он никогда в жизни никакого отношения не имел. И это в 17 лет!
В составе добровольческого одесского железного отряда, вошедшего в состав 3-й советской украинской армии, участвует в боях в Приднестровье – против румынской армии, проявляя героизм и находчивость, становится помощником начальника штаба армии. ЦК эсеров направляет его после октябрьского переворота в Москву, где Яков получает назначение в группу охраны ЦК левых эсеров, вступивших в блок с большевиками, а в июне 1918 года ЦК эсеров направляет его в аппарат ЧК. Он становится заведующим отделением по борьбе с международным шпионажем. Таким образом, он вполне стихийно становится крестным отцом советской контрразведки.
Левые эсеры были категорически против мира с Германией, ибо они, как и Ленин, мечтали о «мировой революции», хотя в это время Ленин уже отказался от этой идеи, назвав ее «красивой сказкой». Левые эсеры стремились любой ценой сорвать этот мир. Как они говорили, «во имя мировой революции». Поэтому ЦК партии левых эсеров приговорил немецкого посла в Советской России к смерти.

Надежда была на то, что после этого убийства Германия разорвет дипломатические отношения с Советами и погибнет в борьбе с рабоче-крестьянской властью, что и будет началом мировой революции. Блюмкин тут же предложил: он сам исполнит приговор, прикрываясь мандатом ЧК, сможет беспрепятственно проникнуть в здание посольства и встретиться с послом. Этот особый мандат дал Блюмкину заместитель Дзержинского, левый эсер Александров, который лично был против этого теракта. Находясь в кабинете Дзержинского (тот в это время находился в комнате отдыха), Александров затеял спор с Блюмкиным, убеждая его отказаться от замысла. Спор перешел в ругань на повышенных нотах.
В это время они услышали из комнаты отдыха храп «железного Феликса». Боясь его разбудить, Александров, несмотря на свое негативное отношение к задуманному, выписал соответствующий мандат Блюмкину.
Для выполнения теракта Блюмкин получил в секретной мастерской левых эсеров бомбу. Сам теракт прошел успешно, бомбу удалось взорвать в вестибюле, куда спустился со второго этажа Мирбах. В возникшей панике Блюмкину и его коллеге удалось скрыться, несмотря на то, что сам Яков был ранен осколком в ногу. Выдавая себя за раненого красноармейца, он покидает Москву, перебираясь на Украину. Тут, под именем Григория Вишневского (а имена и фамилии он менял часто, по конспиративным соображениям), принимает активное участие в борьбе с гетманом Скоропадским, немцами, оккупировавшими Украину, организуя покушения на гетмана и командующего немецкими войсками на Украине фельдмаршала Эйхгорна.
На Украине он попадает в плен к петлюровцам. Его зверски пытали, выбили передние зубы и приговорили к расстрелу, но ночью он, избитый и чуть живой бежал и добрался к своим. С тех пор его за глаза звали «беззубый», ибо он так и не нашел время вставить зубы.

Эсеры заподозрили Блюмкина в связях с большевиками и приговорили его к смерти. Однажды он сидел в летнем кафе на Крещатике. К нему подошли двое и принялись палить в него из револьвера. Тут же рядом, в сквере, играл духовой оркестр, и он заглушил выстрелы. Но Яков обладал мгновенной реакцией. Недаром еще в Одессе он дружил с Моисеем Винницким (знаменитым Мишкой Япончиком) и многому у него научился.
Яков мгновенно опрокинулся вместе со стулом. В бессознательном состоянии его отвезли в больницу. Когда эсеры узнали, что Блюмкин ранен и находится в больнице, то решили добить его. Они узнали его местонахождение и направили боевиков. Те швырнули гранату в открытое окно палаты, где находился Яков. Но он к этому времени настолько пришел в себя, что мгновенно среагировал и успел выпрыгнуть в окно до разрыва гранаты. В его распоряжении было 4 секунды!
С тех пор его убивали еще шесть раз: четыре раза из револьвера, дважды холодным оружием. Но его словно хранила какая-то неведомая сила – бывая в невероятных передрягах, он выходил сухим из воды.

После этого покушения Блюмкин явился с повинной в ВЧК. Его дело рассмотрела особая комиссия во главе с Дзержинским. Он решительно порвал с эсерами и многих активных деятелей партии выдал чекистом. Комиссия приговорила его к смерти, но, учитывая все его заслуги перед революцией, тут же он был амнистирован. За него вступился Председатель реввоенсовета республики, Народный комиссар по военно-морским делам Лев Троцкий, и не только заступился, но взял на поруки и назначил начальником личной охраны. Многие месяцы Блюмкин колесил по всем фронтам гражданской войны вместе с оперативным штабом Троцкого, на его знаменитом поезде, обеспечивая его охрану и неприкосновенность. Яков все время был рядом с ним и узнал этого вождя и организатора октябрьского переворота, создателя и руководителя Красной армии. Он ощутил его величие и полюбил навечно, буквально боготворя его. На всю оставшуюся жизнь…
16 мая 1919 года Яков Блюмкин был амнистирован, по представлению Льва Троцкого ВЦИК. Большевики очень быстро осознали, какой бесценный работник прибился к ним. А блестяще проведенный теракт в немецком посольстве составил ему легендарную славу. Ему предлагают убрать Колчака. И он дает свое согласие.
Но историческая судьба адмирала сложилась так, что он попал в руки частей наступающей Красной армии и был расстрелян. Якова Блюмкина направляют на Южный фронт, где развернулись тяжелые бои с наступающей Добровольческой армией генерала Деникина. Блюмкин занимается организацией разведки и контрразведки и даже становится комбригом 27-й Омской стрелковой дивизии. Со своей дивизией участвует в подавлении крестьянского восстания в Нижнем Поволжье. А затем направляется на восток, на борьбу с бандами барона Унгера. И все это в 20 лет!
Вернувшись в Москву, пишет и издает книгу о «железном Феликсе» – Дзержинском. Это привлекает к нему внимание председателя ВЧК. Яков становится его фаворитом. Дзержинский дает ему личную рекомендацию для вступления в РКП(б). А рекомендация главного чекиста смела все сомнения о его приверженности идеям большевизма. Дзержинский же направляет Якова на ускоренный курс Академии Генерального штаба, на только что созданный факультет Востока. Он еще в детстве изучил иврит и вообще имел способности к освоению иностранных языков. И тут, в Академии, овладевает турецким, арабским, китайским и монгольским языками. Кроме того, получает обширные знания по истории, экономике, о политическом и военном положении стран этого региона.

В ВЧК его считали крупным знатоком и специалистом по драгоценным камням. В это время чекисты раскрыли большую банду расхитителей драгоценностей в Госхране. По личному заданию Дзержинского, под псевдонимом Исаева (он использовал для этого псевдонима имя своего деда) отправляется в Ревель (Таллин) под видом ювелира из Питера, втирается в доверие к местным ювелирам. Так он раскрывает пути нелегальной транспортировки драгкамней из Госхрана за границу. Это дело Блюмкина легло в основу романа Ю. Семенова «Бриллианты для диктатуры пролетариата». В этом романе он использует псевдоним Блюмкина – Исаев, создавая яркий образ молодого чекиста, прототипом которого был сам Блюмкин, который затем и становится у писателя Штирлицем – полковником Исаевым – во многих последующих романах.
Будучи в Академии, он встретил и полюбил девушку – Татьяну Исааковну Файнерман, дочь известного толстовца Тенерома, и вскоре на ней женился. Она по натуре была особой авантюрной и экстравагантной, обладавшей большим самомнением. Выйдя замуж, она прекращает учебу в медицинском институте, где училась на 4 курсе, и вся отдается занятию литературой и искусством. Склонность к этому объединяла молодых супругов. Скоро их маленькая квартира в центре Москвы превратилась в известный среди творческой молодежи литературный салон.
Стены комнаты украшали перекрещивающиеся сабли, старинные дуэльные пистолеты. На ажурном антикварном столике всегда стояли бутылки с дорогими винами, везде много антиквариата, который так любил и коллекционировал хозяин.
Он собирал все это во время многочисленных загранкомандировок, поездок по разоренной гражданской войной России, в бывших помещичьих усадьбах…
Сам Яша Блюмкин появлялся и поражал воображение гостей то красным шелковым халатом и восточным чубуком в аршин длиной, то роскошным креслом, на котором, как на троне, восседал, завернувшись в яркий плед. Кресло считалось подарком монгольского принца.

Яша был склонен к литературному творчеству. Он писал стихи и даже печатал их в газете «Правда», был постоянным завсегдатаем «Кафе поэтов», кафе «Стойло Пегаса». Там он подружился с Есениным, Шершневичем, Маяковским. Встречался с Мандельштамом, Горьким, который назвал чекиста «романтиком революции». Маяковский дарил Блюмкину свои книги, подписывая их: «Дорогому товарищу Блюмочке. Вл. Маяковский». Так за ним и закрепилось в литературных кругах это имя – Блюмочка.
Очень часто на встречах с поэтами Яша любил похвастаться своими палаческими привилегиями. Как-то в присутствии Мандельштама он, помахивая блокнотом, заявил: «Вот тут у меня бланки ордеров на арест. Я могу выписать ордер на любого из вас и тут же отправить на Лубянку. У меня в руках судьбы десятков людей». Мандельштам, он был ниже ростом, подпрыгнул, выхватил блокнот и порвал. Он сильно перепугался. Но никто его не тронул. А Яша только смущенно улыбнулся. Сам же Мандельштам, перепуганный насмерть, решил бежать подальше от Москвы – в Тифлис.
Особо дружеские отношения сложились у Якова с Есениным. Он ему говорил: «Я террорист в политике, а ты друг террориста в поэзии». Его так часто называли друзья и даже подписывали книги. Так, Шершневич написал в подаренной Якову книге: «Террор в искусстве и в жизни – наш лозунг!» Яша брал своих друзей под защиту. Когда арестовали Есенина по ложному доносу, Блюмкин взял его на поруки.
В отношениях Блюмкин – Есенин были и конфликты. Они вспыхивали на основе их отношений с женщинами. Однажды Яше сообщили «друзья» о том, что Есенин флиртовал и усиленно ухаживал за любовницей чекиста. Яша набросился на друга с револьвером, грозил ему тюрьмой. Сам же Яша пытался соблазнить жену Есенина. Заболтав ее, а он это умел делать очень хорошо, затащил в номер гостиницы и пытался ее раздеть. Но верной жене поэта удалось дотянуться до кнопки вызова, и сильный звонок отрезвил необычайно пылкого чекиста. Он был обычным человеком, и ничто человеческое ему не было чуждо.

Брак с Татьяной оказался не особенно удачным. Яша был человеком очень увлекающимся. Страсти в нем бурлили нешуточные, и боевые подруги попадались такие же роковые, с огненными страстями. А он обожал женщин и не мог долго оставаться с одной, сохраняя верность. И очень, очень страдал от этого. Так, левоэсеровскую расправу в Киеве организовала и руководила ею эсерка-террористка Лида Сорокина – чернобровая, грудастая красавица, с которой у него в 1918 году была сумасшедшая любовь. Эти бушующие страсти и погубят нашего героя.
Через несколько лет брак с Татьяной распался, несмотря на то, что у них родился сын, названный Мартином. Яков все время помнил о своей бывшей семье и всегда ей помогал. Когда он был арестован и стало ясно, что это завершится смертной казнью, то он в своем завещании просил власть о назначении пенсии Татьяне и сыну Мартину.
После завершения обучения в Академии Генштаба он направляется в секретариат Троцкого. Отсюда Дзержинский переманил его в ИНО ОГПУ (иностранный отдел разведки). Якова Блюмкина направляют резидентом в Палестину, с целью создания сети советской агентуры. Туда он отправился под псевдонимом Гурфинкеля – владельца прачечной. С ним, в качестве помощника, прибыл Я. Серебрянский. Обосновавшись в Яффо, они разворачивают работу по вербовке агентов и сбору материалов о политике Англии и Франции в этом регионе.
Опытный конспиратор, Блюмкин имеет несколько резиденций, и периодически даже меняет не только фамилии и занятия, но и внешний облик (перекрашивая волосы, надевая очки или снимая их и т. п.). Он был даже азербайджанским купцом Султановым на Восточном базаре. Ему удается завербовать венского антиквара и букиниста Якоба Эрлиха. Для снабжения его букинистической литературой Блюмкин организует вывоз из СССР еврейских древних манускриптов, Тор, Талмудов.
Было вывезено более 300 древнейших свитков. Тут же, в Палестине, Блюмкин познакомился с Леонидом Трепплером, будущим создателем советского агентурного центра «Красная капелла» в Германии.

Он сыграл важнейшую роль в возврате российских судов, угнанных белогвардейцами в иранские порты на Каспии. Волжско-Каспийская военная флотилия во главе с Ф. Раскольниковым, С. Орджоникидзе и Я. Блюмкиным атаковала иранские порты на Каспии, разгромила белогвардейцев и вернула стране угнанные суда. А Блюмкин вооружил отряды местных революционеров во главе с Мирзой Кучек-ханом, развернул операцию по захвату порта Решт – центра провинции Гилен и провозгласил создание Гиленской советской республики. Яша организует свержение Кучек-хана, создание иранской коммунистической партии, становится ее членом и даже руководителем ЧК, и возвращается в Москву с членским билетом иранской компартии, шрамами от шести ранений и тремя боевыми наградами.
Затем, работая в Закавказском ОГПУ, являясь членом коллегии этого органа и одновременно помощником командующего войсками, руководит подавлением антисоветского восстания чеченцев. Одновременно он организует успешный штурм захваченного ранее персами города Баграм-Тепе, возвращая его родине.
В это же время Яков Блюмкин тайно посещает Афганистан, где пытается выйти на связь с особо влиятельной сектой исламитов (лидером которой был Ага-хан). С исламитским караваном пытался проникнуть нелегально в Индию. На границе был схвачен английской полицией (Индия была колонией Англии) и оказался в тюрьме. Но, как всегда, не падал духом – это главная черта его характера. Он считал: из любой ситуации всегда можно найти выход… Только нужно хорошо, очень хорошо подумать. И он, обаяв индусов из охраны, бежит из тюрьмы, прихватив с собой секретные карты и документы английского агента.
В жизни Блюмкина наступает какой-то мистический период. Его назначают Главным инструктором Государственной внутренней охраны Монголии – своего рода ЧК, и ставят задачу пробраться в Тибет, а также изучить и проверить занятия давно покинувшего Россию Николая Рериха, известного в мире мистика, поэта, художника, путешественника, географа, фанатично верившего в загадочную и столь притягательную Шамбалу.

Шамбала – легендарная страна в высокогорье Гималаев, практически недоступная никому. Она вошла в фольклор многих народов мира как край абсолютной справедливости, высшей человеческой мудрости, познавшей законы бытия и развитого свободного общества, победившего все физические и духовные болезни и создавшего, в итоге, могучего человека будущего.
Недаром Шамбала интересовала верхушку фашистской Германии. Гиммлер даже посылал в Тибет специальных агентов с целью найти эту загадочную страну и заполучить ее секреты.

Под видом буддийского монаха Яков Блюмкин принимает участие в Центрально- Азиатской экспедиции Н. Рериха. Одной из его тайных задач была организация свержения Далай-ламы ХIII – ярого ненавистника СССР, призывавшего к уничтожению этого государства. Но выполнить эту задачу Яков не сумел – народ Тибета верил своему вождю и лидеру: поднять его на мятеж не удалось. Во время экспедиции Н. Рерих много беседовал и общался с Я. Блюмкиным. Яков подружился с этим незаурядным человеком и был потрясен эрудицией, разносторонними знаниями, высоким уровнем образования и культурой этого человека. Н. Рерих сочувствовал большевикам и старался поддерживать новую власть. Он мечтал вернуться на родину.
По всей вероятности, Блюмкин был единственным советским резидентом в Тибете. Никто не знает, нашел ли он с Рерихом во время самой таинственной – второй – экспедиции Шамбалу, таинственные тибетские монастыри, хранящие высшую человеческую мудрость?! Также неизвестно – удалось ли Блюмкину завербовать Рериха. Они были абсолютно разными людьми: Рерих – ученый, мистик, теософ, художник и поэт, и Блюмкин – циничный авантюрист, хотя и много знающий человек.
Блюмкин создает широкую агентурную сеть в Китае, Иране, Турции, Саудовской Аравии, Палестине, Египте. Летом 1929 года его вызывают в Москву.

На запад бежал начальник восточного сектора ИНО. Он мог выдать Блюмкина, поэтому его срочно отзывают. Отчет разведчика о положении на Ближнем Востоке был одобрен ЦК, а Менжинский, руководивший ОГПУ после смерти Дзержинского, в знак особого расположения пригласил Якова домой, на обед.
Летом 1929 года из СССР бежал личный секретарь Сталина, наиболее доверенное лицо «вождя народов» – Баженов. Он слишком много знал, и Сталин поручает ОГПУ найти беглеца и уничтожить его. На выполнение этой сверхзадачи направляется суперагент советской разведки Яков Блюмкин. Но и ему не удалось найти сбежавшего. Уж слишком тщательно его спрятали. Будучи в Константинополе, Яша встречается со своим кумиром – Львом Троцким, уверенный в том, что его никто не заподозрит в двойной игре. Яков по-прежнему преклонялся перед ним, считая гением революции. По мере возможности он информировал Троцкого о работе ОГПУ, положении в стране и о своем недоверии и несогласии с политикой Сталина.
Заботясь о безопасности своего кумира, Яков разработал специальную инструкцию о мерах по обеспечению этой безопасности и взялся доставить в СССР документы и материалы для сторонников Троцкого. Троцкий советует Блюмкину продолжать работу в ОГПУ и помогать соратникам Троцкого в СССР, расширять социальную базу и количество последователей изгнанного вождя. Троцкий высоко ценил деятельность Блюмкина, его выдающиеся способности и говорил о нем: «Революция предпочитает молодых любовников».

Вернувшись в СССР, Блюмкин начал с разработки «сети» сторонников своего кумира. К сожалению, он увлекся и не заметил перемен в советском обществе: все возрастающем диктате Сталина, порождавшего страх расправы и преследований у несогласных. Исчезла романтика революции. Яков начал вербовку в своем кругу, из своих бывших любовниц, занимающихся политикой. Первая попытка – завербовать в троцкисты Лизу Горскую. Проходила чистка партии, и ее должны были «вычистить» из РКП(б). Вот она и решила укрепить свое реноме в партии, выдав своего любовника-троцкиста, и заодно отомстить ему за измену.

Блюмкин был самым знаменитым и удачливым советским разведчиком в 20-е годы. Ему посвящали стихи Есенин, Шершневич. Это был незаурядный человек. Его предупредили о готовящемся аресте. Он узнал, что на его квартире в Москве устроена засада, и поэтому он ночевал на другой. Но и там его выдала одна из бывших любовниц. Он пытался бежать, за ним была погоня. Ночную тишину московских улиц разорвала стрельба преследователей и ответные выстрелы Якова.
Он был схвачен. Затем Лубянка... Зверские допросы и «справедливый суд». Уже тогда существовали «тройки». Это как трибунал: без защиты и обжалования. Все понимали, что судят необычайного человека, героя, львиной храбрости и небывало талантливого разведчика, обаятельного человека. Если бы какой-то другой проступок, ошибка, то вряд ли бы его судили. А тут личное указание Сталина: троцкист, лично преданный Троцкому – лютому и вечному врагу «великого вождя», считавшего его «серой посредственностью». А Сталин своих врагов уничтожал, и точка. Он страшно жалел, что выпустил Троцкого из СССР, нужно было уничтожить… Но ничего – смерть его ждет, и в самое ближайшее время. Он достанет его, где бы он ни скрывался. А его сторонников в стране ждет неминуемая смерть!

Это прекрасно знали судьи, и из трех покорно проголосовали двое. И только непосредственный начальник Блюмкина в ИНО – Трилиссер – имел мужество проголосовать против. Он вскоре последовал за своим другом, попав под жернова сталинской мельницы смерти. Говорят, что при расстреле Яков выкрикнул: «Да здравствует товарищ Троцкий!». Это на него похоже, это он мог, ибо он был Яковом Блюмкиным, всего 29 лет от роду. А ведь революции делают молодые: Троцкому в 1917 году было 38, Рыкову – 36, Зиновьеву и Каменеву – 34, Свердлову и Фрунзе – 32, Кирову – 31, Бухарину и Сокольникову – 29, Пятакову – 27. А Яше Блюмкину всего 17лет!
Революция пожирает своих детей. Это истина, доказанная многими революциями. Да, это так, но в то же время, она часто усыновляет и поднимает на щит славы подонков, приспособленцев и ничтожеств. Это тоже очевидно. Особенно в нашей, октябрьской революции. Это видно на примере жизни нашего героя, подлинного романтика революции, который так и не превратился в приспособленца и угодника – образцового советского служащего, верного раба «великого вождя народов»!
Я специально написал этот очерк, чтобы люди знали о подлинных героях и, зная это, помнили и гордились…

Александр Кайзерман. Июль 25 – август 8, 2011
Санрайс, Флорида


Александр КАЙЗЕРМАН

Лауреат Литературной премии журнала «Контур»

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии