Гороскоп


ФИЛЬМ ВЫХОДНОГО ДНЯ


Вход



Юмор

Один богатый человек за сто фунтов купил картину у английского художника Уильяма Тёрнера. Позже он узнал, что эту картину художник рисовал всего два часа. Богач рассердился и подал на Тёрнера в суд за обман. Судья спросил художника:
– Скажите, сколько времени вы работали над этой картиной?
– Всю жизнь и ещё два часа, – ответил Тёрнер.
* * *
- Официант, всем шампанского за мой счёт!
- Марк Абрамович, но вы здесь один.


Читать еще :) ...

«МАТЧИ СМЕРТИ»

Автор: 

К  70–летию футбольного матча украинских футболистов с командами немецких войск в Киеве

«ПОКА Я  ПОМНЮ – Я  ЖИВУ»

Роберт  Рождественский

Сегодня мало кто знает о «матчах смерти», прошедших в оккупированном Киеве летом 1942 года. У этой легендарной истории, обросшей за давностью лет многочисленными легендами, практически не осталось после войны свидетелей.

Первым об этом написал в романе–хронике «Бабий яр» писатель Анатолий Кузнецов. Но вскоре, оказавшись за границей, он стал «невозвращенцем» и канул в советской действительности в неизвестность. Его книги не издавали, изъяли из библиотек, о нем нигде не писали и не упоминали. Таким образом, факты об этих футбольных мачтах тоже перестали упоминаться.


А они были, и в них участвовали футболисты разных спортивных клубов, по воле судьбы случайно оставшиеся в Киеве и не успевшие эвакуироваться из страшного киевского окружения. Таким образом, я отвергаю длительное время распространявшийся в печати миф о том, что это были игроки лучшей украинской команды «Динамо». Да, там было несколько «динамовцев», но были и представители других спортивных клубов. В состав украинской команды входили футболисты разных клубов, случайно оказавшиеся в оккупированном Киеве.

Немецкие власти и городская управа решили открыть в городе стадион для немецкой армии. Для этого был выбран старый небольшой стадион на Большой Васильевской, 51 (сейчас это улица  Красноармейская, а стадион называется “Центральный”). Возникла идея: завершить этот спортивный праздник для гитлеровских военнослужащих  футбольным матчем команды немецких солдат с командой, как объявили тогда оккупанты, лучших украинских футболистов – киевским «Динамо. Нужно было собрать украинских футболистов для этой игры.

Гитлеровцы узнали, что на хлебозаводе № 1 работает грузчиком бывший вратарь киевского «Динамо», любимец болельщиков Николай  Трусевич. Его часто видели после работы играющим в футбол на пустыре с местными парнями.

Представители гитлеровского командования и местных властей предложили ему собрать команду для участия в открытии стадиона в матче со сборной одной гитлеровской дивизии. Николай не мог отказаться от этого предложения. Он начал искать бывших футболистов. Когда ему удалось набрать нужное количество, то возник ожесточенный спор: стоит ли принимать немецкое предложение, не будет ли это смахивать на предательство? Говорили и то, что в случае отказа их могут расстрелять, а в лучшем случае – отправить в концлагерь. Многие говорили: «Лучше умереть, чем играть с фрицами». Но высказывалась и другая точка зрения: «Нужно играть и обязательно выиграть, разгромить фрицев, не дать им ощутить радость победы!» После короткого спора было решено участвовать в футбольных матчах и сделать все, чтобы обязательно победить!

Созданную команду назвали «Старт». Одновременно городская управа скомплектовала еще одну команду из любителей футбола, городских служащих. Ее назвали «Рухом». Но главной и самой престижной была команда «Старт», олицетворявшая известную в футбольном мире команду - киевское «Динамо». При создании «Старта» футболисты договорились и о форме – красные футболки – это была форма довоенной команды «Динамо». Они также добились, чтобы всех членов команды устроили работать на хлебозаводе, улучшили питание и два раза в неделю предоставили место на стадионе для тренировок. Капитаном команды был избран Михаил Свиридовский. Был проведен пробный матч с командой управы «Рухом». Это произошло 7 июня 1942 года: команда «Старт» показала класс игры и разгромила противника с позорным счетом 7:2!


Наконец, настало время встреч с командами оккупантов. Началась череда матчей.

В начале выпустили на поле команду венгров, составлявших часть оккупационных войск киевского гарнизона. И вновь – блестящая победа и разгром венгров со счетом 6:2! Во время матча зрители, большинство  которых  составляли немецкие и венгерские военнослужащие, кричали, свистели, шумели, пытаясь поддержать своих. Но все бесполезно – венгры позорно покинули стадион. Небольшое количество киевских болельщиков, присутствующих на стадионе, восторженными выкриками приветствовали успех своих любимцев.

28 июня прошел первый матч с командой артиллерийских частей немецкого гарнизона. Стадион заполнили немецкие военнослужащие. Они бурно приветствовали появление команды артиллеристов и свистом и топотом встретили киевлян. Как не старались футболисты – артиллеристы, но были разгромлены со счетом 7:1. Футболисты киевляне торжествовали очередную победу - знай наших! Это вам, арийцам, кукиш от неполноценной расы, расы “недочеловеков”! Получайте свою порцию позора! И это не последний матч, не последняя наша победа! Киевские футболисты торжествовали!

Но зато немцы были возмущены поражением своей команды. Как эти дикие славяне могли разгромить арийцев?! Позор! Нужно доказать свое превосходство. И доказать можно только победой! Решено было бросить против «дикарей» лучшую футбольную команду  – сборную  военно–воздушных сил киевского гарнизона. Газеты, издававшиеся в оккупированном Киеве на украинском языке, всемерно расхваливали немецкую команду, предрекая неминуемое поражение «динамовцев».

Действительно, полуголодные, изможденные киевские футболисты должны были вступить в смертельный бой с откормленными, физически крепкими, тренированными  футболистами  гитлеровских люфтваффе.

Стадион был заполнен до отказа, в основном это были немецкие военнослужащие,  гражданских лиц было немного. Зрители - военнослужащие вермахта - были настроены крайне воинственно: они кричали, свистели, стреляли из личного оружия. Стадион был оцеплен эсэсовцами. На гаревой дорожке по всему периметру поля стояли эсэсовцы с собаками. На центральных трибунах восседали офицеры немецкого гарнизона во главе с высшими чинами СС, гестапо и представители оккупационных властей. Именно этот матч и получил название «матч смерти».


Вот что рассказывал затем, находясь в Сырецком концлагере, вратарь команды  Николай Трусевич: «Мы еще не вышли на поле, а нервы уже были взвинчены до предела. Но мы не собирались уступать этим откормленным бугаям. Наших болельщиков было немного. Им разрешили сидеть только за воротами. Вот там и жались друг к другу местные любители футбола.

Первый гол забили футболисты «Люфтваффе». Трибуны, заполненные немцами, ликовали. Судья тоже был на стороне немцев. Как только динамовцы прорывались к воротам, он объявлял положение вне игры. Тогда наши футболисты изменили тактику. Они стали обстреливать ворота  «Люфтваффе» с дальних дистанций. Одна из таких атак увенчалась успехом. Ничейный счет как бы дал нам второе дыхание. К концу первого тайма мы вели со счетом 2:1, а наши болельщики сопровождали наш успех криками «немцев бьют!»


На трибунах занервничали немцы. Некоторые из них стали палить в воздух. Но наше преимущество, стремление закрепить свой успех, никого уже остановить не могло… Во время перерыва в раздевалку нашей команды вошел немецкий офицер (по некоторым воспоминаниям игроков, это был полковник). На чистом русском языке он отметил напористость и отличную игру футболистов. Затем настоятельно рекомендовал "проиграть этот матч, если хотят сохранить жизнь».

Офицер ушел, а футболисты стали обсуждать его предложение. Большинство было за то, что бы, несмотря на явные угрозы, продолжить игру и обязательно добиться победы,  во что бы то ни стало. Едва начался второй тайм, как киевляне с ходу забивают еще один гол. Счет становится 3:1. Немецкие трибуны взрываются воплями, гневом недовольства, угрозами в адрес украинских футболистов, выстрелами в воздух, грязными ругательствами. Игра идет не на жизнь, а на смерть. Немецким футболистам в один из моментов игры удалось отыграть два мяча. Счет становится ничейный. Немцы ликуют, стрельба в воздух идет буквально залпами. Но это не остановило киевлян. Они напрягают все силы, и атака следует одна за другой, продолжая прицельный обстрел ворот команды «Люфтваффе» с дальних дистанций. Дважды киевляне заставляют немецкого вратаря вынимать футбольный мяч из ворот. Счет становится  5:3! Вновь блестящая победа!

Со слезами на глазах уходили украинские футболисты. Это были слезы радости, слезы победы! После матча обе команды сфотографировались на память. Эта фотография сохранилась до нашего времени. А «динамовцы» еще и «обмыли» победу: кто-то из болельщиков принес самогон. Так что было, что выпить.


Существует несколько легенд дальнейшей судьбы украинских футболистов. Согласно одной из них, возникшей осенью 1943 года, после освобождения Киева, получившей наибольшее распространение, сразу же после игры всех футболистов увезли в Бабий яр и расстреляли. Поэтому этот матч и получил в истории название «матча смерти». Однако, была и ещё одна легенда. Мол, футболисты работали на хлебозаводе, снабжавшем хлебом весь киевский гарнизон. Они там воровали хлеб по-немногу, и это им прощали. А вот когда они угнали с завода целую машину хлеба, не простили, отправили в Сырецкий  концлагерь. Получается, что их наказали за примитивное воровство.

В действительности, динамовцы после «мачта смерти», 6 августа 1942 года, провели через три дня еще один матч - матч реванш с командой «Люфтваффе» на том же стадионе. И вновь киевляне добились победы с «сухим счетом» - 3:0! А 16 августа с разгромным счетом 8:0 положили «на лопатки» команду украинских националистов «Рух». Итого, за месяц было сыграно 9 матчей, и им было запрещено играть с оккупационными войсками. Никто их не казнил.


18 августа 1942 года 9 участников матча, работавших на хлебозаводе, в 10 часов утра были арестованы. В этот момент они разгружали вагон муки и складировали ее в  хранилище. Их выдал Вячкис – бывший чемпион Украины по плаванию, ставший сотрудником гестапо и даже награжденный гитлеровцами за «работу» железным крестом - немецким орденом. Он доложил в гестапо, что все игроки киевского «Динамо» были сотрудниками НКВД и имели соответствующие воинские звания.  Арестованных продержали в гестапо около месяца, допрашивая  и истязая, требуя признания о своей чекистской деятельности. Затем отправили в Сырецкий лагерь военнопленных. Там их использовали на различных работах в самом лагере, а также на внешних работах в специальных рабочих командах («выездная сотня») в Киеве.

Одна  группа, в которую входили футболисты, постоянно работала в гестапо, расположенное на Владимирской улице, 33. Они выполняли там разные хозяйственные и ремонтные работы. В зиму 1942 – 43 годов они были заняты сортировкой дров, которые перевозились на хлебозавод и мясокомбинат, обслуживающие оккупантов. Лучшие дрова складировались во дворе гестапо, а остальные развозили другим потребителям.

Тут же, во дворе гестапо, происходил, говоря современным языком, “бартер” между двумя группами: хлеб меняли на колбасу. Каждая команда прятала «полученный товар» в расщелины штабелей дров. Однажды любимая овчарка начальника гестапо, выбежав во двор и, почуяв  запах колбасы, сразу же бросилась к штабелю дров, где та была спрятана. Моментально ее нашла, вытащила и стала сверток трепать, чтобы добраться до колбасы. Кто–то из команды хлебозавода бросился «спасать», обреченную на уничтожение колбасу. На шум выбежал гестаповец и стал зверски избивать «спасателя». Несколько узников вступились за товарища и толкнули офицера. Тот упал на штабель дров, зацепился полой кожаного плаща за сучок и вырвал клок кожи. Гестаповец выстрелил и убил «спасателя». На выстрел выскочили несколько офицеров и расправились с участниками драки. Остальных отправили в лагерь. В числе погибших были и 4 футболиста. Это первая легенда о их гибели. Ясно, что они погибли не как футболисты и не за то, что громили немецкие футбольные команды.


Вторая версия. «Выездная сотня» работала в городе на рытье траншеи. На одного из работающих бросилась овчарка охраны. Тот, защищаясь, ударил ее лопатой и убил. Команду отправили в лагерь, где начальник Пауль фон Радомски приказал рассчитаться  на «первый–второй», и все первые номера тут же были расстреляны. Это было в первой половине 1943-го, после разгрома гитлеровцев под Сталинградом и начала изгнания фашистских войск с территории страны. Поэтому в лагерях военнопленных  все чаще гитлеровцы прибегали к массовым расстрелам.

Есть и еще версия. Рабочая команда работала на строительстве гаража в гестапо. Эта группа не вернулась вовремя в лагерь. А порядок был такой, что все лагерники, стоя в строю на плацу, ждали, пока не соберутся все команды. Погода была мерзейшая. Как из решета моросил нудный, не прекращающийся холодный мелкий  дождь. Все промокли и просто замерзли. Перед строем, поблескивая золотыми очками, ходил штурмбанндфюрер, зло поглядывая на строй военнопленных. Наконец, он приказал полицаям разводить всех по землянкам. Примерно через час все услышали тревожный бой в рельсу. Это означало срочный сбор. Всех заполнило предчувствие беды. Проклиная все на свете, бурча себе под нос, нехотя, но подчиняясь воле коменданта, лагерники поплелись на плац, предчувствуя страшную беду. Все понимали: предстоит расстрел… Но кого?..


В лагерь впустили опоздавших. Их поставили перед общим строем. Начальник лагеря начал говорить, переводчик быстро переводил. Стало ясно, что их обвиняют в подготовке покушения на офицеров гестапо, которое удалось предотвратить. И вот сейчас будут расстрелян каждый третий из этой команды. Был произведен расчет, а затем команда «Третьи номера выйти из строя!»

Все смертники выполнили команду. Вышли полицаи. Всего обреченных оказалось 40 человек. В команде в тот день было 120 лагерников. В строю оказались четверо футболистов. Это Коля Трусевич - любимец киевлян, знаменитый вратарь, игроки «Динамо» - Клименко, Кузменко и Коротких. Пятый,Федор Тючев, в группу смертников не попал случайно. Всех несчастных положили на землю, лицом вниз. По рассказу очевидцев, в это время Коля Трусевич поднял голову и крикнул: “Да здравствует советский спорт!” Комендант лагеря мгновенно открыл по нему огонь из «парбеллума», а полицаи начали уничтожать остальных. Затем дворовая команда стала оттаскивать трупы к лагерной яме, куда сбрасывали умерших и расстрелянных.

Потом стало известно то, что произошло во дворе гестапо. После окончания работ на строительстве гаража, лагерники начали выходить во двор. В это время подъехал «Опель» начальника гестапо. С ним, как всегда, была его любимая овчарка. Она  выскочила из машины и набросилась на узников. Лагерники отбивались, как могли. Вышедший из машины начальник гестапо бросился выручать своего пса. В сутолоке кто-то толкнул гестаповца, и тот упал на крыло, зацепив полу своего кожаного плаща, и порвав его. Именно это было квалифицировано, как «заговор против сотрудников гестапо», и были расстреляны сорок невинных людей. Существует ещё несколько подобных  версий.


Такова эта страшная история, происшедшая в Киеве в тяжкие годы оккупации. Во всех версиях, несмотря на некоторые различия, существуют одинаковые детали. Все это происходило в районе дислокации гестапо. Везде фигурирует начальник гестапо и его овчарка, почти во всех вариантах упоминается порваный кожаный плащ гестаповца. Так что все это говорит об общей основе случившегося: главный вывод - расстрел части футболистов не имеет ничего общего с победой над немецкими командами. Им никто не мстил. Об этом говорит и расследование, произведенное в Германии. Но они совершили подвиг: решившись на 9 матчей с гитлеровцами, и не просто играли для развлечения немецкой солдатни. Играли во имя победы.

Подвиг киевских футболистов в оккупированном Киеве был увековечен. В сентябре 1964 года, Указом Президиума Верховного совета СССР четверо расстрелянных  футболистов награждены (посмертно) боевой медалью «За отвагу», а еще 6 футболистов – медалью «За боевые заслуги».


19 июня 1971 году на киевском стадионе «Динамо» был установлен памятник – гранитная стела с горельефными фигурами четверых расстрелянных футболистов команды «Динамо». Создателями памятника были скульптор И. Горовой и архитекторы В. Богдановский и И. Масченков. На стадионе «Старт», так он теперь называется в честь команды, игравшей с гитлеровцами именно на нем, установлен памятный знак. На высокой колонне – орел-стервятник, в глазах которого вмонтирована свастика, а из–под клюва хищной птицы участник поединка–динамовец выбивает футбольный мяч.

Нужно отметить, что «матчи смерти» состоялись не только в Киеве. Подобный матч произошел в крупном индустриальном центре Украины, в городе металлургов – Мариуполе. Там, на металлургическом комбинате имени  Ильича, была своя футбольная команда. 31 октября 1941 года (это почти на год раньше матча в Киеве) состоялся матч со сборной командой немецких танкистов, размещенных в районе города. Матч проходил в Ильичевском  районе, на заводском стадионе. Это была жесткая игра. Танкисты играли напористо и грубо: били по ногам, калечили мариупольцев, а судья «не замечал» грубости немцев и подсуживал танкистам. Но ильичевцы делали все, чтобы выиграть, победить фрицев. И, несмотря на физическое превосходство немецких танкистов, металлурги, напрягая все силы, используя свое  мастерство, разгромили фашистов со счетом  3:1. Вот этот матч действительно был матчем смерти, безо всяких кавычек. Ибо ряд ведущих игроков после победного матча были расстреляны, а остальные отправлены в концлагерь, где и погибли. Это был, поистине -  великий спортивный подвиг. Металлурги знали, что победа принесет им неминуемую смерть. Но это не остановило их, и они во имя спортивной победы пошли на смерть. Доказывая оккупантам, что советские спортсмены непобедимы.

Прошло 67 лет после победы в Великой Отечественной войне, а мы открываем все новые, почти неисследованные еще героические страницы. Память о них должна     жить и стучаться в наши сердца, наполняя их гордостью за беспримерное мужество, смело вступающее в борьбу со смертью, за справедливые, гуманистические идеи человечества. Пусть не повториться страшная трагедия той войны. Пусть человечество извлечет уроки из своего горького прошлого. А я пишу об этом, чтобы знали, чтобы помнили…


АЛЕКСАНДР  КАЙЗЕРМАН.  Май. 2012 год.  Санрайс. Флорида

Александр КАЙЗЕРМАН

Лауреат Литературной премии журнала «Контур»

Другие материалы в этой категории: « Заколдованный Замок Oтчего вымерли динозавры »
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии