КОНТУР

Литературно-публицистический журнал на русском языке. Издается в Южной Флориде с 1998 года

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта



Ключи

Автор: 

У меня есть пара огромных шкафов и сундуков, битком набитых чувствами. Но они запираются на ключ, и этот ключ у меня в кармане.
Даниэль Глаттауэр

На мой взгляд, есть две важные вещи в нашей жизни, о которых как-то забыли в наше сегодняшнее быстролетящее время. Письма и Ключи.
«Ну конечно, тоже мне – важные вещи», – скажет немолодой злюка, и, сняв тяжелые, почему-то женские, солнечные очки, прочтет мне лекцию о семейном счастье, детях и внуках, как «мы были счастливы, когда у всех было мало всего», привернет к этому и счастливое поколение советских детей, увидевших полет Юрия Гагарина!
Даже не пишу, как я остановил эту тираду, скажу одно – красиво остановил. Там было и «хорошо жить в свободе, видеть также полет на Луну», хорошо все же «иметь», а не «не иметь», а дети, семья и все хорошее также тонюсенькой ниточкой связаны с ключами и письмами.



А вот другой «гагаринец» остановил меня около теннисного корта словами: «Наблюдаю за вами, бегаете, бьете, а я ваши статьи читал!» Вот такое мне «здрасте»! Я, вытирая пот и складывая в машину ракетки, сказав спасибо, обратил внимание на экипировку этого немолодого человека. Несмотря на Флоридский жаркий день, был он в шерстяном пиджаке с шарфом и в полувоенной или полугражданской шапке с козырьком, которую мы в Риге называли «хрущевкой». «На вашу статью о письмах и почте я сделаю вам заявление, ну, как мат в шахматах!» Силен незнакомец! Интересно, я приготовился слушать разбор моей письменной работы.
«А если человек читать не умеет – какие там письма и почта?!» И он сам над своими словами рассмеялся!
Мой ответ был прост, как правда: «Как вам не стыдно, уважаемый человек! Родина нам дала все! Хлеб, здравоохранение, промтовары, новостройки, Днепрогэс, a главное, ленинский-сталинский наказ и закон – образование всем. Все в читальни и школы! Дорогу Букварю!»
Вы бы видели, он от моих слов стал как бы пятиться и меняться в лице. Я испугался – еще кондрашка хватит моего критика. Остановил мой поток красной пропаганды и получил тихий ответ от старика в кашне: «Вы это что, серьезно? Оно, конечно, так, но... я ведь вот в гостях, и о прошлом в СССР, будучи во Флориде, как-то и не вспоминается». Так и сказал.
Ну конечно, я извинился, сказал, что пошутил. И привел пример, что наши рижские соседи из двенадцатой квартиры плохо читали на русском языке. Говорили и читали на латышском, идиш, немецком, а русский язык стал разговорным для них лишь после войны. Так вот, мама или папа читали им письма и всякие официальные бумажки. Но от этого уважение соседей к почте и письму с маркой лишь увеличивалось. Вежливо попрощались и, пожимая его руку, я обратил внимание, что ладонь была холодная. Наверно, его тело жило во Флориде, в январе месяце, на московском зимнем режиме. Он обещал прочесть рассказ о второй части заветной двоицы – ключах – в одном из флоридских журналов...
Вот я, в этом случае ключник, вставляю ключ в дверную скважину рассказа...

Ключи. Дaже слово это непростое.

Они могут быть от сарая или сейфа, от Счастья, как и от подвала с дровами. Ключи к будущему, от сердца, ключ под ковриком, «подбери ключи к твоему начальнику», забыть ключи дома, «ларчик просто открывался», или «это твои ключи к успеху», «ключи от машины не забудь». Или сколько раз в жизни мы слышали слова: «Не забудь ключи!» И сколько раз: «Я забыл ключи», или: «Они же на полочке были!»
Нередко встречаются мощные и тяжеловесные, овеянные романтикой слова, как «Ключи от королевства», и настоящие бронзовые, резные ключи от рыцарских замков. А ключи от покоренных городов вручались как с радостью, так и с болью. Пираты, конечно, даже имея ключи, ломали сундуки, времени не было! Очень, мне кажется, таинственным был ключ от чердака, секретного и темного чердачного царства, где было полно всяких интереснейших штук под охраной грубого ключа и голубей.
Самый трагический ключ – был ключ от багажника в машине. Помните, когда машина заводилась одним ключом, а багажник открывался другим! А бессмысленные номенклатурные, бюрократические фокусы – портфель с оторванной ручкой и довольно поношенный, но закрытый на два замка. Жуткий замочек был на наручнике у дипкурьера. Человек был прикован к своему чемоданчику. Курьер рисковал, ведь за неимением ключика руку могли того...

А вот и дед Мазай, шмыгающий носом старичок сторож. Ключи звенят заиндевелым звоном, их много у него на ремешке тулупа. Ступает валенками по льду нетвердо и, если прислушаемся, услышим его бормотанье: «Энтот складской замок ключ теперича не возьмет, в такой морозище его разогревать надоть…»
Многие ключи пытались подстроиться, проникнуть в мой рассказ, но я, человек на ключевой позиции, сразу вижу их, как в огромную замочную скважину. Вот они, «неподходящие» ключи: этот ключ мог... бить в скалах, с чистейшей родниковой водой. А эти три, проныристый скрипичный ключ в обнимку с мажорным ключом-гулякой и депрессивным минорным ключом...
У меня персонально было два труднейших момента – из-за ключей конечно! В Мадриде моя дочь жила на пятом этаже старинного здания. Забыла дома ключи и от дверей здания, ну, и от своей квартиры. А на газовой плите суп. Так что ваш покорный – по балконам, по балконам... Это есть в моей книге, как и рижский момент захлопнувшейся двери (французский замочек). Ночь, я на кухне в чем мать родила, шестой этаж, и пришлось с балкона на карниз, покрытый снегом, босиком до спальни и головой в комнату... Вот что ключи со мной делали!

Сколько у нас всех было и ключей, и «ключевых» ситуаций вот с этими словами?
Сколько ключей мы не смогли подобрать к людям или письменным столам, когда это было необходимо? Сколько в жизни мы потеряли ключей – как мало мы ключей находили, и как много надо было заказывать новых?
Юношеский взволнованный шепот друга: «Можешь дать ключи от хаты?» Сколько таинственной романтики в словах тети Иветты: «А это (пауза) – ключ от черного хода». Доверие и полная покорность в словах соседей: «Могли бы вы подержать наши ключи, пока мы будем в отпуске?» Взволнованный телефонный звонок: «Пожалуйста, возьмите мой ключ, я его бросила в ваш почтовый ящик. Уезжаю на три дня». Как автор, я так рад вот этому последнему заявлению – я же сказал вам заранее: Почта и Ключи – это важнейшее!

Почему мы боимся расставаться со старыми, уже ненужными ключами? Вот она, металлическая, тронутая ржавчиной банка из-под печенья с массой ключей. Закрыть глаза и выкинуть. Но не получится, ведь эти ключи, они как ступеньки нашей жизни, всевозможные и разные двери, этажи, дома, дачи, веранды, или ключи от маминого шкафа. Опять: «Пора бы всю банку выкинуть!» Но опять – просмотрим, пробормочем: а этот вроде от нашей первой квартиры, а этот жуткий – от девичьей комнатушки, которую мы сдавали. Эти четыре – не помню, откуда, в мусор или?.. В мусор! Вот уже больше чем полбанки ключей полетели в мусор, но все-таки штук 10 возьму с собой. Место ведь не занимают, ну как выбросить первый ключ от первой квартиры дочки – она нам его так торжественно вручила! Уже после этого два других дала, от других уже домов. Но тот потертый, первый, надо оставить на память. Сломанный точно сберегу. Помню, как сегодня, половинка его осталась в замке от дачной двери, нас 15 человек, холод зверский, пришлось ломать окно в веранде.
Я прекрасно помню все эти ключи к французским замкам. А английские, немецкие, албанские или японские в Риге были? Не помню. Но знаю, что ключ к французскому верхнему замку я носил очень бережно... он был третий, так как два предыдущих терял, и был даже первый раз наказан и папой, и мамой за это. Второй раз наказан был лишь папой, и больно.

Ключи на веревочке на шее, иногда совсем большие и тяжелые – от квартир старинных. Ведь мы жили не в новостройках. А в новостройках ключи были наиважнейшей преградой от вора или пьяницы. Ну конечно, помогала и железная плита с прорубленным скважинами для ручки дверей и «французского» замка. Я думаю, обитая стеганым войлоком дверь не спасала от взлома, да и тепло в тщедушной квартирке не особо удерживала.
Как мучительно приятно было играться ключом над, например, канализационной решеткой! Захватывающее чувство – удержу, не упадет, дома взбучки не будет. Сколько ключей нашло ржавую могилу в этих канализациях. Как и в «преисподней» под лифтом. Также и в кинотеатрах, театрах, такси и трамваях, парках и библиотеках, гардеробах и пивных, ну и, конечно, на пляжах и в камышах у реки – везде, где шел твердой и нетвердой, детской, моложавой или старческой поступью человек – терялись ключи. А это, поверьте мне, – трагедия. И в момент потери – огромная.
Конечно, есть и позитивная сторона такой трагедии. Многие годы на домашней вечеринке, когда гости и хозяева (за исключением домработницы) уже «под градусом», обязательно всплывает обросшая мхом история, как кто-то из сидящих за столом потерял ключи. От дома, работы, склада или инвалидной машины. И всегда все эти легенды, взбодренные горячительными напитками, вызывают радость, ну и немножко ужаса от страшных слов «потерял ключи»...

Понятно, если домоуправ – супер, носит связку огромную! Управляющий складом, нечистый на руку кладовщик – они даже ревизию могут напугать огромной связкой ключей! Но вот загляните к этим «ключникам» в выдвижной, второй сверху ящик стола, слева, – и увидите небрежно брошенные десятки ключей, ключей с бумажными и пластмассовыми бирками, и также массу ключей без бирок. Хоть на вес продавай, на металлолом. Спросишь у них: «Вот у вас, мистер Джонс, на ремне связка наиважнейшая, там даже и от сигнализации ключик. А в столе тогда зачем непомеченных штук сто?»
«Ну, это как бы на всякий пожарный случай», – получишь ответ. И растет эта куча ключей из года в год.
Спросил у соседа по этажу, зачем у него столько ключей на цепочке, не работаешь ведь уже 20 лет! Показывая мне ключи, он тщательно прошелся со мной по каждому ключу и ключику, рассказывая историю каждого из них. Я узнал, что этот от машины, и запасной тут же от той же машины, ну а этот от дома, тот от квартиры, а вот этот от дома, где раньше жил, этот от почтового ящика, синий – от квартиры дочери в Чикаго, вот эти два от старой машины. Они все могут пригодиться еще! Не пытаюсь объяснить этому «ключеносцу», что половина из этих «на цепочке» не нужна, даже глупо держать. Но, видя и чувствуя странную привязанность моего друга, абсолютно нормального американца, к этим маленьким «моментам прошлого», я смолчал...
Подумал: ведь на самом деле я точно такой же «ключедержец». А моя верная «Королева Кабаре» Аэлита, кроме ключа от моего сердца, имеет городские ключи от Торонто, Риги, Нью-Йорка, Голливуда, Сингапура и Иерусалима! Как раз сегодня – заказывал еще одну пару ключей! Боже мой, какие только ключи теперь можно иметь! Тут вам всех цветов и форм: в форме бокала, молотка, американского флага, футбольного мяча, цветов, пальм. И, в общем, я выбирал-выбирал, и заказал один в форме американского флага, другой – как бейсбольный мяч. Бесспорно – новое поколение, «мобильное», уже имеет электронные ключи и всякие заумные дверные замки. Браво! Многое теперь иначе, мораль и поведениe – из той же компьютерной программы, что и новые ключи.

У меня есть крошечный ключик от маленькой резной коробочки, на которой было выжжено: «Крым 1932 год».
Мама там держала несколько фотокарточек, сережки, колечко ее мамы, прядь ее волос «в детстве» и малюсенькую книжечку с инициалами ее папы, с международной выставки книг в Париже в 1912 году. Он был издателем, имел типографию, и я назван в честь него. Ничего там, в шкатулочке, не было ценного.
Я видел содержимое несколько раз. Мне лет восемь, как сейчас помню мягкий свет абажура настольной лампы. Я положил руки на мамины плечи, прижавшись щекой к ее уху, смотрю, как она перебирает свои «моменты юности». Да, там не было никаких ценностей. Но я лишь позже в жизни понял: там было ценнейшее и самое сокровенное! Ее маленький мир, осколок самого важного, принадлежавшего лишь ей. Там были мечты и планы, лица близкие и нужные лишь ей.

Зачем был ключик?
Открыть шкатулочку можно было легко и без ключика. Но он был важен. Он морально охранял неприкосновенные границы ее внутреннего мира. Даже от папы и меня с братом. Нет ни содержимого, ни самой шкатулки. Время и условия моего, а потом и папиного отъезда превратили все в пыль. Но папа привез это мамино колечко, которое, как единственное важное, что у меня было, я отдал, конечно, Аэлите. Теперь колечко на многие годы будет на руке Рафаэллы.
Разбирая после смерти папы всякие мелочи, я увидел малюсенький ключик, и сразу узнал, что это Он. Хранитель памяти и исполнившихся и не исполнившихся мечтаний. Много важного папа не взял – оставил все в Риге, а ключик сберег! Может, он знал секрет шкатулки? Или взял этот ключик, чтобы я смог когда-то о даже неизвестном ему написать? Вот он у меня! Тот заветный мамин ключик, который она держала между двумя шалями в шкафу в нашей рижской квартире...
У каждого читающего есть такой ключик, неважна его форма – важно, что этот ключик оберегал, и кто его держал в руках. Если его нет – то есть воспоминания о нем. Он есть у каждого в сознании, глубоко-глубоко. И мы контролируем – кому открыть, а для кого закрыть дверки этим «ключиком».
Мы все помним книжку «Золотой ключик» Алексея Толстого. Кинофильм по этой книге, сделанный в жуткие сталинские времена, также имел секрет, еще какой, недаром был назван «Золотой ключик». Михаил Фроман написал эти удивительные слова к главной песне фильма в 1939 году:
Далеко-далеко за морем
Стоит золотая стена,
В стене той заветная дверка,
За дверкой – большая страна.
Ключом золотым отпираем
Заветную дверку в стене,
Но где отыскать этот ключик,
Никто не рассказывал мне.
В стране той пойдешь ты на север,
На запад, восток или юг –
Везде человек человеку
Надежный товарищ и друг.
Прекрасны там горы и долы,
И реки, как степь, широки.
Все дети там учатся в школах –
И славно живут старики.
Вот и секрет этот нам раскрыл КЛЮЧ – Ключик!
Ведь сказано, что далеко-далеко за морем?
Заветная дверка – Ключик – Большая Страна – АМЕРИКА!
Мой племянник из Торонто, Александр Гликин, добавил к словам вот эти два куплета:
Была не придумана эта
Счастливая чудо-страна.
И жить в ней, проехав полсвета,
Была нам возможность дана.
Здесь путь обозначен народу:
Как счастья добиться трудом.
Любому, кто ценит свободу,
America – радостный дом!
Это является Гимном Штатников, людей, которые мечтали об Америке тогда, в 60–70-е годы. Записан на оригинальную мелодию нашей главной Штатницей – Аэлитой.
Про нашу страну Штатландию, президентом которой я являюсь, и ее Гимн!
привожу ссылки:
www.youtube.com/watch?v=ckfcsTqSIbI
www.shtatniki.com

Ключи к жизни. Ключи к выживанию. Их несложно найти. Но нужно еще знать, где двери, к которым они подходят, чтобы не пришлось ходить с тяжелой связкой от одной двери к другой и пробовать каждый ключ.

Элисабет Рюнель.

Другие материалы в этой категории: « ЯСНОвидящая ХРОНИКА ПИКИРУЮЩЕГО ТЕАТРА »
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии


ФИЛЬМ ВЫХОДНОГО ДНЯ


Вход

Гороскоп

АВТОРЫ

Юмор

Пока что единственный способ, которым мне удается менять мир вокруг себя – это толстеть и все больше искривлять пространство-время своей массой.
* * *
– Ты договоришься.
– Да, я умею договариваться.
* * *
Если вы добрый, чуткий, честный, порядочный, щедрый человек, готовьтесь: все вами будут пользоваться всю жизнь.
* * *
В каждом супермаркете должна быть игровая комната для мужчин.


Читать еще :) ...